— На днях вы получите своё первое истинное герундив, — сказал Верховный Маг, голыми руками скручивая голову курице, а опосля и змее. — Если кто-то поперхнётся, или, не годится в подметки того, извергнет из себя текущий заветный напиток, стало, он питает по отношению к Храму злые замыслы.
Маг сцедил кровопролитие птицы и рептилии в загорелый кубок, добавил тама какой-то порошок и жестом заправского бармена взболтнул полученную пульпа. Один из рыцарей с низким поклоном принял бокал и обнёс им всех неофитов по очереди. Перепуганные кадр(ы) лакали отвратительное пойло с такого склада жадностью, словно бы до сего целые сутки мучились жаждой.
Всего на все(го) Цимбаларь едва смочил цедильня. К змеям он никаких претензий отродясь не имел, зато курятину не мог переносить в любом виде, пусть даже яичницей брезговал.
Иным часом с глумливым причастием было покончено и мелкий кубок отставили в сторону, Самый главный Маг завёл с неофитами беседу, которую никакими силами нельзя было коснуться душевной. Чуть ли не метая из надсмотр молнии, он грозно осведомился:
— Вы отрекаетесь от лжепророков, называющих себя именами Христа, Мухаммеда, Саваоф и Будды?
— Отрекаемся! Отрекаемс! — вразнобой заголосили неофиты, выпуск из которых с трудом сдерживала рвоту.