— Какова же причина всех причин нашей новой встречи?
Это уже звучало как затребование, и Цимбаларь не преминул осуществить его:
— Любопытство, не буду кривить душой душой.
— Праздное или профессиональное?
— Для меня эти понятия неразделимы. Любопытство, верно, единственное, что связывает меня с этой жизнью.
— Потому-то ты и проживёшь недолго.
— А ты? — без б поинтересовался он.
— Я ведь бессмертная, сам знаешь.
— Если так тебе не позавидуешь. Какая это скукота — пребывать вечно.
— С точки зрения человека — что. А я создание астральное. — Менада кокетливо передёрнула плечами и перстенек пирсинга, вдетое в титька её левой груди, ослепительно сверкнуло. — Я умею изменять простых смертных в небожителей, хрен с ним и ненадолго. Ты же, похоже, стремишься к обратному.
— Чисто, — согласился Цимбаларь. — Я возвращаю зарвавшихся небожителей на грешную землю. Вдобавок надолго.
— На сколько, приближённо? — лукаво улыбнулась Пифия.
— В твоём случае от годы до пяти. — Цимбаларь понимал, что находится на грани провала, но ничегошеньки с собой поделать не мог. — Кабы, конечно, не вскроются отягчающие обстоятельства.
— Увы, — вздонула Жрица. — Выходит, нам не суждено сегодня отделиться в экстазе... Или Надежа всё же есть?
— Не хочу вдаваться в ложь тебя. Всё уже предрешено. Рок тяготеет аж над астральными созданиями. Особенно в этой стране.