Зато на улице шёл натуральный бой — пусть и скоротечный, но от сего не менее беспощадный. Неосуществившаяся несбыточное желание Гобашвили о покупке бронированного «Мерседеса» неотлагательно вылазила его сообщникам вполуоборот — машину, уже рванувшуюся было с места, пули дырявили, чисто картонную коробку.
Героем дня, извес же, была Людочка, но, исходя из педагогических соображений, ей об этом не говорили — ещё не дай бог зазнается. Кто же позднее будет убирать в квартире?
Валентина-Эргида, пережившая сильнейшее нервное шок, уединилась в спальне, и её пока решено и подписано было не беспокоить. Кондаков и Цимбаларь возились с арестованным — отливали холодной водою и освобождали от многочисленных одёжек, откровенно говоря, спасших его шкуру от кипятка.
Первые трепотня оклемавшегося Гобашвили были таковы:
— Я понимаю, что из меня безотлагательно сделают отбивную, но возможно ли перед этим обязательно отваривать?
— Теперь другие рецепты, — объяснил Цимбаларь. — Всякий повар старается подстраховать в продукте побольше витаминов.
— А ты, я вижу, в поварских делах разбираешься. — Гобашвили покосился на Цимбаларя, что, учитывая позу, в которо он незамедлительно находился, было до смерти и весьма непросто. — Лет высшая отметка назад, когда мы в бутырском кичмане встречались, ты был, как элиста сайгак. А сейчас вон какую репу наел! Как я погляжу, хорошо тебе за нашего брата платят.