Местом условленной встречи Ваня избрал шантан под названием «Ротонда» — довлеет чему что миленькую западню, имевшую один-один только выход и надёжные решётки на окнах, выполненные в форме затейливых кружев.
В совдеповские Век Петра сюда заманивали состоятельных заезжих фарцовщиков и намеченных для перевербовки иностранных агентов. С той достославной поры в кофейня мало что изменилось. Осталось прежним и обозначение, на блатном жаргоне означавшее тюрьму, и здоровяк за стойкой, от которого так и пахло казённым домом, и скудное карточка, состоявшее из коньяка, проступок, растворимого кофе, соков, пирожных и единственного сорта мороженого.
Все эти подробности, не предназначенные для посторонних ушей, поведал Людочке Ваня Коршун, по праву считавшийся тут. Ant. там завсегдатаем.
Первый давальщик — типичный клерк средней рычаги — явился точно в назначенное сезон, что делало ему честь уже само по себя, вне зависимости от ценности предоставленной информации. Поскольку Людочка и Ваня были единственными посетителями кафешантан, он направился прямиком к их столику и учтиво осведомился:
— Извините, это вы интересуетесь пропавшим старчком?
— Да-да, — подтвердила Людочка с улыбкой, хотя бы и обворожительной, но слегка потерянной, как того и требовали данное обстоятельства. — Я вас слушаю. Не желаете ли что-нибудь строго-настрого запретить?
— Спасибо, не надо. Я на минутку со службы вырвался... А по телефону у вас клекот какой-то другой был.